[<-- Назад] Его супруга зажила
здесь с привычным блеском, и почудилось королю или нет, —
похоже, назревал роман не с кем иным, как с дядюшкой Раймондом.
Благо, оказалось, что королева беременна, и ее отправили морем в
Париж.
Дамаск был
окружен множеством садов, разделенных высокими каменными оградами.
Выбить из них турок стоило немалого труда, но разместиться здесь
удалось не без удобства.
Тем временем
иерусалимской знатью овладели сомнения: а не выгоднее ли иметь
соседями по-прежнему турок? Если Дамаск будет взят — глядишь,
туда нахлынет огромное число переселенцев, и не успеешь оглянуться
— Иерусалимское королевство станет вассальным леном. Чтобы
такого не случилось, решили довести до сведения вождей прибывших
крестоносцев якобы добытые у перебежчиков сведения: город слабее
всего укреплен с юго-востока.
Те
прислушались и перебрались туда, куда надоумили. Но там не было ни
деревца, стены оказались неприступными, а в оставленных садах сразу
же укрепились турки. Промучившись какое-то время, крестоносцы
отправились восвояси.
История
донесла до нас другую версию происшедшего: иерусалимцев за 250
тысяч золотых уговорил действовать в его интересах дамасский эмир.
И оказался жуликом — расплатился не золотом, а позолоченными
медяшками.
Людовик
вернулся во Францию в конце 1149 г. и сразу затеял развод с женой —
по-видимому, та предоставила ему для этого достаточно поводов. Брак
был расторгнут законным порядком на соборе в Божанси в 1152 г.
Но следствием
этой разлуки стало то, что герцогство Аквитанское перестало быть
приданым отвергнутой королевы и ушло из-под власти французской
короны. Элеонора же вскоре вышла замуж за 19-летнего английского
короля Генриха II Плантагенета, который был на 11 лет моложе
невесты.
Поначалу
британская монаршая чета жила душа в душу, потом наступил вполне
ожидаемый разлад. Но это дело личное, к тому же английское. В
области же международных отношений ситуация сложилась следующим
образом. Аквитания стала владением Англии и образовала непрерывную
цепочку с другими такими же английскими владениями во Франции:
Меном, Анжу (Генрих унаследовал их от отца), Нормандией (досталась
от матери) и Бретанью (перешла к Англии в результате женитьбы его
младшего сына). Все эти области числились в ленной зависимости от
французского короля, но по реальному раскладу сил выходило, что
английский государь теперь сильнее своего предшественника по
супружескому ложу даже на его собственной территории.
Это сделало
неизбежной войну между государствами, начавшуюся в 1160 г. Людовик
не добился в ней успеха, на это трудно было и рассчитывать —
но, к чести своей, он и не позволил сопернику поглотить его
королевство. Если смотреть на вещи трезво и знать историческую
перспективу — это уже не мало. Ведь Франция, несмотря на свой
авторитет, на свою высокую культуру была государством не из
сильнейших. Вспомним хотя бы то, что, в отличие от английских,
французские сеньоры имели возможность жить преимущественно своим
умом и своими интересами.
|
