За
Пиренеями ширилась Реконкиста — освобождение от
мусульманского владычества. Испанские идальго в боях с неверными
набирались сурового духа, которого хватит им на века, который
закалит характер всего народа. Гордость, чувство рыцарской чести,
религиозная нетерпимость, готовность к длительной борьбе и подвигу,
аскетизм, сдержанность — его отличительные черты.
Признак
уверенности в неизбежности конечной победы: христианские
королевства стали выяснять отношения и между собой. Но до полного
освобождения еще очень далеко — Реконкиста продлится до XV в.
Стоит
поподробнее ознакомиться с тем, что творилось в эти годы в Германии
и Италии. Отчасти потому, что они недавно были единым целым с
Францией и не совсем еще разделили с ней сферы влияния (это «не
совсем» растянется на многие столетия). А еще — там
завязались тогда такие тугие узлы, что распутывать их придется всей
Европой — опять же, веками.
Общеизвестный
раскол Германии на множество княжеств произойдет позднее, а в то
время она сплотилась под внешними ударами не сразу, но сплотилась.
Изначально Восточно-франкское государство состояло из пяти
герцогств, образованных, как правило, по принципу доминирования
отдельных германских народностей: франконское (бывшая Австразия) —
территория восточных франков, Саксонское — саксов, Швабское —
алеманнов, Баварское — баваров и Лотарингское. Когда
скончался последний германский Каролинг малолетний Людовик Дитятя
(911 г.), германские сеньоры по примеру соседних французских стали
избирать королей.
Главным
врагом Германии были венгры. Их «навел» на свою страну
отец Людовика Дитяти король Арнульф. Правитель властный, он терпел
неудачи в борьбе с Великоморавским (Богемским) государством,
которое возглавлял славянский князь Святоплук. Потерпев в 893 г.
тяжелое поражение, Арнульф додумался натравить на Моравию
паннонских степняков. Те преуспели, под ударами орд славянское
государство пало (чему содействовала и кончина Святоплука).
Но
призадуматься бы находчивому королю, что Великоморавское княжество
служило для Германии щитом от венгерской угрозы. Теперь кочевники
стояли на ее границах, они поняли, что противник не из сильнейших —
и вскоре стали для средней Европы таким же «бичом Божьим»,
каким некогда были гунны (подобным же образом наш доблестный князь
Святослав, разгромив Хазарский каганат, открыл дорогу на Русь
печенегам).
Начались
непрерывные набеги, Германия запылала. Придунайские степи вскоре
переполнились христианскими пленниками, подвергающимися каторжной
эксплуатации. Герцоги оборонялись каждый сам по себе или старались
откупиться от врага, нисколько не заботясь о соседях.
В 919 г.
саксонские и франконские сеньоры провозгласили королем герцога
Саксонии Генриха по прозвищу Птицелов (правил в 919—936 гг.).
Человек, отличавшийся добрым нравом и незлопамятностью, дела он мог
вести твердо. Став королем по избранию только Двух герцогств,
быстро заставил признать свои права и остальных.
Но в 924 г. в
Саксонию ворвалась огромная орда степняков, а король не мог оказать
им достойного сопротивления. Укрывшись в крепости, он лишь
наблюдал, что творят варвары на его земле. К счастью, удалось
пленить одного венгерского князя, который пользовался у своих
соплеменников таким почетом, что ради его освобождения они пошли на
заключение десятилетнего мира. Но Германия оьща обязана выплачивать
дань.
Генрих не
терял времени даром — он сделал вывод из того, что видел с
городских стен. Тот же вывод, к которому еще за два столетия до
него пришел Карл Мартелл и который существенно изменил тогда строй
жизни во Франции: нужна сильная тяжеловооруженная кавалерия. Саксы
же вообще не привыкли биться верхом, им по душе был пеший строй. Но
вскоре, благодаря энергичным мерам короля, тяжелая конница стала
ядром их армии. То же произошло и в соседних герцогствах.
[Далее -->] |
