[<-- Назад]
Король Филипп
Август скончался во время подготовки похода против сохранившихся
еще английских владений между Луарой и Гаронной. Сменив его на
троне, Людовик приступил к осуществлению отцовских планов.
Обстоятельства
благоприятствовали ему. Крупнейший аквитанский сеньор ??раф Маршский
сам искал союза с королем. И — знамение времени: южным
городским коммунам жизненно важно было опереться на сильную власть,
которая оградила бы их от произвола феодальных владык.
В 1224 г.
была завоевана вся Аквитания вплоть до границ Гаскони. Генрих
Английский реальной помощи своим подданным на континенте не
оказывал, призывы папы к соблюдению «всеобщего мира»
повисали в воздухе. Людовик заключил тайное соглашение с германским
императором Фридрихом II, и теперь никто не мог помешать ему
победно закончить войну. Но... если в Англии помешала смерть врага,
то здесь остановил занесенную уже руку соблазн еще более выгодного
завоевания.
Уже
несколько лет, как возобновилась Альбигойская война. Анри де
Монфор, сменивший павшего в бою брата, неистового Симона де
Монфора, правителем оказался слабым. Армия его крестоносного
государства постоянно терпела поражения от графа Раймонда VII,
сохранившего часть своих владений. И тогда неудачливый искоренитель
ереси обратился к французскому королю, тогда еще Филиппу Августу, с
предложением возглавить боевые действия и стать верховным
правителем всех завоеванных у еретиков земель. Филипп отнесся к
предложению без особого энтузиазма, ограничился незначительной
помощью.
Но теперь
обстоятельства изменились. Анри де Монфор готов был пойти на
крайний шаг: отказаться от своих наследственных прав в пользу
династии Капетингов. А Раймонд VII, и так находящийся под
отлучением, на соборе в Бордо публично заявил о своем разрыве с
католической церковью. Людовику Льву грех было не встать на защиту
веры. Не только по соображениям благочестия: богаче Лангедока земли
во Франции не было.
Ради
богоугодного военного предприятия король обложил налогами и народ,
и духовенство. Раздался ропот, но ему, по сложившейся уже традиции,
не внимали. «У Жака-Простака широкая спина — он все
вынесет»: поговорка касалась уже не только взаимоотношений
феодалов с их крестьянами. [Далее -->] |
