[<-- Назад] Цветущие
земли тулузского графства подверглись страшному разгрому. Гнев
северян питался и религиозным рвением, и жаждой грабежей и захвата,
и злобой от осознания своей культурной отсталости по сравнению с
лангедокским дворянством. Совершались массовые убийства, при этом
порою не считались с тем, какой веры придерживается жертва. Вошел в
историю ответ одного прелата на вопрос, как в захваченном городе
отличить еретиков от правоверных католиков: «Убивайте всех,
Господь Бог отберет своих».
Симон де
Монфор присвоил себе, как лен, графство Фуа, лежавшее у самого
подножья Пиренеев — его государь выступил на стороне
альбигойцев. С этим не захотел мириться король Педро II Арагонский
— тесть Раймонда Тулузского. Соседство агрессивного и
фанатичного пришельца его не устраивало, к тому же испанские
королевства Каталония и Арагон были связаны с Лангедоком и Тулузой
не только языком и культурой, но и тесными личными отношениями
правителей.
В 1213 г.
Педро Арагонский и Раймонд Тулузский осадили замок Мюре, в котором
укрепился Монфор. Но южан постигла неудача. Епископ, находившийся в
замке, вдохновил его защитников обещаниями прощения всех грехов и
райского блаженства павшим в бою. Осаждающие сами были атакованы и
потерпели полное поражение. Король Педро погиб.
После этого
крестоносцы быстро сломили вооруженное сопротивление альбигойцев.
Духовные вожди катаров кончали жизнь на костре. Помогало ли им
выносить мучения «утешение»? Папа Иннокентий хоть и был
удовлетворен успехами, но не мог без прискорбия наблюдать, как
подвергается разгрому благодатный край. Еще он не хотел отдавать
все графство Тулузское Монфору, но на Латеранском соборе на него
ополчились за это и прелаты, и сеньоры-крестоносцы. Прозвучало:
«Если ты, святой отец, не хочешь отдать Монфору завоеванную
им землю, то лучше ее опустошить огнем и мечом!». Претензию
пришлось удовлетворить. Но Монфора погубила собственная жадность.
Он вознамерился отвоевать у Раймонда и лангедокские его владения и
погиб в бою.
На том же
Латеранском соборе получил официальное признание орден
братьев-проповедников доминиканцев. Доминик и во все время войны
призывал заблудшие души одуматься. Раскаявшиеся платили подать в
пользу папы и получали прощение. Более неразумные, для увещевания
которых требовались усилия епископского суда, приговаривались к
конфискации имущества и покаянию. Неисправимых ждал костер.
Последний
горный оплот альбигойцев пал только в 1244 г. Но долго еще звучали
слова утешения «совершенных». Может быть, и сейчас еще
звучат? |
